 |
17. В детстве, как и все, наверное, любила петь. Но были небольшие проблемы. Первая - у мамы был идеальный слух и прекрасное сопрано. Когда я росла, то ближайший женский идеал, мамин - был очень красивым явлением. Мне так нравилось её слушать, что при ней мне как-то так и не пелось. Подросла - стала стесняться. В хоре тоже всё было не очень удачно. Голос по высоте был между первым и вторым. С одной стороны можно меня было ставить то сюда, то туда, ну а с другой - ни там, ни там не могла долго петь. Уставала и начинала врать. В общем, и в детстве, и в юности я так и не напелась во весь голос. Осталось для жизни лишь напевание, мурлыканье и т.д.. Ну, то есть то, что каждый, наверное, делает в течении дня несколько раз. И вот практика Глубинного Звука вдруг как бы стала насыщать и потребность петь в полный голос, и ежедневное напевание стало верным, глубоким, да и диапозон уверенно звучащего голоса расширился.
| |
